Упоминание
Таис Афинской
в современной литературе

В пропитанной солёным воздухом кают-компании их ждал изысканный ужин, который сопровождался ещё более изысканными беседами – теперь, когда тяжёлые дни остались позади, для них было и место, и время. Мужчины разговаривали о карьере Виджая, давая ему ценные наставления. Он внимательно слушал каждого, и кое-что вносил в свою записную книжку. Девушки поначалу тоже выказали интерес к поднятой теме, но, не имея ничего добавить к сказанному более опытными в таких вопросах компаньонами, заговорили о танцах.
- Я хочу научиться танцевать как ты, - призналась Анжелика Мумтаз.
Таис удивлённо посмотрела на русскую подругу.
- Но, Ан, я ведь уже учу тебя танцевать, - несколько ревниво сказала она.
- Ты учишь латине, а я хочу освоить танцы Востока.
- Прекрасное желание, - ответила индианка, - не принимай близко к сердцу, Таис, но движения твоей родины направлены на то, чтобы разбудить и познать страсть, излить в мир безудержную энергию плоти.
Таис согласно кивнула.
- Танцы Востока, - продолжала Мумтаз, - учат эту энергию накапливать и сохранять. Но, помимо этого, восточные танцы помогают женщине по-настоящему раскрыть свою женственную природу. А это весьма немаловажно для гармоничных отношений с противоположным полом.
- Каким же образом? – по-прежнему ревниво, да ещё с оттенком сарказма, спросила Таис.
- Начнём с того, что речь пойдёт о современном танце, представляющем из себя смешение стилей и направлений благодаря влиянию разных культур. Греция, Турция, Персия, Индия и даже страны Северной Африки привнесли немало элементов в то, что мы сейчас подразумеваем под предметом нашего разговора. Несмотря на многочисленные наслоения, историю восточного танца всё же можно проследить с древних времён. Считается, что его движения имеют сакральный характер и являются неотъемлемой частью древних ритуалов, посвящённых рождению новой жизни, будь это жизнь человека или пшеничного ростка. Жрицы, танцевавшие в храмах, через свой танец обращались к духу Великой Богини.
- Великой Богини? – поддалась вперёд Анжелика. С Даниэлем они говорили о Боге и Божественной Силе Вселенной, но о Великой Богине Анжелика слышала, кажется, впервые. В ту же минуту смутное воспоминание вынырнуло из-под патины прожитых лет. Да, «Таис Афинская»! В последнем классе Анжелике довелось прочитать книгу Ивана Ефремова об этой древнегреческой гетере; в ней тоже упоминалась Великая Богиня, но молодое, неопытное сознание девушки сочло все описания яркой и изящной выдумкой писателя.
- Разве Великая Богиня не миф? – спросила она.
- Для кого-то, возможно, да. Но для меня Великая Богиня абсолютно реальна.
Жаль, что под слоями тысячелетий патриархата человечество забыло о ней. Восточный танец частично помогает вернуться в её лоно. Та, которая приложит для этого все старания, получит силу, удивительную для непосвящённых.
- Как Таис Афинская, - задумчиво произнесла Анжелика.
- Знаменитая гетера? – спросила Мумтаз, а Таис вообще не имела представления, о ком идёт речь.
- Таис Афинская, помимо красоты, была образованнейшей женщиной своего времени, - рассказала Анжелика, - кроме того, она участвовала в походе Александра Македонского и вошла в историю благодаря своему дерзкому поступку: сожжению Персеполиса. Советский учёный и писатель Иван Ефремов написал художественно-исторический роман о жизни этой женщины. Из него я впервые узнала о культе Великой Богини, но сочла его красивой сказкой.
Мумтаз внимательно посмотрела на неё.
- Разве Великая Богиня не наделила Таис особой силой? Я не читала романа, но уверена, что писатель отнёсся к тому, что писал, глубоко и серьёзно. Ведь он, ты сказала, учёный.
- Я с головой погрузилась в атмосферу повествования, полностью проникшись духом той эпохи, но было тяжело переваривать новую для меня информацию. Она ошеломила меня такими вещами, о которых в нашей стране не было принято говорить.
- И как ты справилась? – полюбопытствовала Таис.
- Пыталась поговорить с мамой и учительницей по литературе.
Мумтаз предупреждающе подняла руку.
- Здесь становится душно, - сказала она, понижая голос, - давайте поднимемся на палубу и там продолжим наш разговор. У вас будет ещё одна возможность полюбоваться живописным берегом Индостана, а нашим мужчинам не нужно слышать то, что предназначено исключительно для женских умов.
Извинившись, все трое покинули кают-компанию.
- Кажется, у них появились секреты от нас, - заметил Эмилио, - и зачинщицей выступила твоя Мумтаз, Виджай.
Его шутливый тон задел молодого индийца. Он гордо выпрямился и ответил с определённой долей благоговения:
- Моя Мумтаз была допущена к тайным обрядам. При этом ей чужд узкий религиозный фанатизм. Однако она понимает происходящее более, чем все мы вместе взятые. Мне сложно объяснить вам многие вещи, потому что самому они кажутся непостижимыми, но одно могу сказать твёрдо: моя Мумтаз непростая женщина. Порой мне кажется, что она внеземного происхождения.
Путешественники невольно улыбнулись.
- Друг мой, - решился высказать одинаковую для всех мысль Кристиан, - каждый влюблённый видит в предмете своего обожания божественное существо.
- Да, а потом у большинства из этих существ опадают крылья, - усмехнулся Курт, - и они пересаживаются на метлу.
Виджай развернулся к нему всем корпусом. Глаза молодого учителя блестели тревожно и скорбно.
- Мне жаль Вас, мистер Диттерсдорф! – воскликнул он. – Вам не посчастливилось встретить на своём пути сошедшую с небес богиню, но не судите по земным дамам об истинной сущности женщины. Что Вы знаете о её силе, её тайне, о её подлинной красоте? Простите мне мой тон, но следует быть подобным раскрытым лепесткам лотоса, чтобы впитать всю силу живительных капель, падающих с неба! С Вашим мировоззрением Вы рискуете засохнуть, но я буду молить богов сегодня в храме, чтобы они предоставили Вам шанс соприкоснуться с настоящей женщиной.
Курт смущённо молчал. Стремясь сохранить независимый вид, он украдкой взглянул на кузена и его итальянского друга. Даниэль и Эмилио пытались справиться с растерянностью, которую им внушили слова спасённого юноши. Что же получается? Мумтаз – богиня, а Анжелика и Таис обычные земные женщины? Эмилио быстро отогнал подобные мысли, не желая оценивать свою жену в столь мифических категориях, а у Даниэля меж бровей легла едва заметная горькая морщинка. Он вспомнил о сожалении Анжелики по поводу ночи, проведённой с ним. Наверное, настоящая богиня не стала бы раскаиваться в высшем наслаждении, подаренном ею себе и мужчине.
- Скажи, Виджай, - осторожно спросил Даниэль, - на твой взгляд, такие женщины, как Мумтаз, редкость в жизни мужчины?
- Нет. Каждая женщина от рождения является сосудом, наполненным особой силой. Каждая может стать богиней. Каждая уже является богиней. Но лишь единицам открывается тайна их рождения, чтобы они могли этой силой воспользоваться. Очень часто пробудить свою силу помогает мужчина, который находится рядом. Помните, ещё Бальзак сказал: «Женщина в любви похожа на арфу, она передаёт лишь тому свои тайны, кто хорошо на ней играет».
- Бальзаку не откажешь в наблюдении, - подал голос Кристиан, - как врач, могу сказать, что существуют разные лекарства от любви, но нет ни одного надёжного. Может, мне всего лишь стоит научиться играть на арфе?
Виджаю его речь показалась туманной, но остальные прекрасно поняли, о чём рассуждал француз. Даниэль счёл нужным переменить тему и заговорил о том, что приготовил небольшой сюрприз для девушек.
- Впрочем, вам тоже будет интересно взглянуть на это чисто восточное шоу, - добавил он, - я сейчас вернусь.
Он вышел позвонить, но стал невольным свидетелем разговора своих компаньонок и прекрасной гостьи.
- Твоя учительница и твоя мама не виноваты в том, что думают так, - говорила Мумтаз Анжелике, - их можно понять. Россия – великая страна, наша духовная сестра. У неё, как и у Индии, богатая история и культура; свой, особый путь, и почти мистический потенциал. К сожалению, большей частью этот потенциал тратился в войнах, на защиту и последующее восстановление. Крепостничество, социальные катаклизмы и болезненная смена противоречивых идеологий развили в советской женщине черты, присущие мужчинам. Имея искажённое представление о себе, своей природе, они породили таких же мужчин, компенсируя перекос. Сейчас у вас идёт Перестройка, и я молю богов, чтобы перемены происходили не только в общественной и экономической жизни вашей страны, но и в душе каждой женщины – она должна вспомнить свою изначальную ипостась и повернуться лицом к внутренней богине. У тебя, Анжелика, больше возможностей для этого: ты вырвалась из плена закостеневших традиций. Путешествие ведёт тебя к самой себе, помогая формировать гармоничное мировоззрение, обретать настоящую почву под ногами, не вспаханную очередными идеологами. И первым инструментом для внутреннего освобождения являются танцы. Они окажут тебе огромную услугу.
- Ты необыкновенная, Мумтаз! И я, в жизни не признававшая кумиров, хочу походить на тебя. Сначала Таис Афинская оказала на меня влияние, но окружающие постарались быстро избавить меня от него. Теперь ты – живая, настоящая, - внушаешь мне те же чувства, и меня переполняет ощущение собственного могущества.
Таис с любопытством посмотрела на свою русскую подругу, а Мумтаз предостерегающе подняла руку.
- Упиваться могуществом бесполезно, - объяснила она свой жест, - но научиться им управлять необходимо. Потому что в жизни будет немало моментов, когда ты станешь ощущать себя ничтожнейшей из людей.
Таис согласно кивнула: ей, выросшей в мире разительных контрастов, была понятна мысль индианки.
Даниэлю, невольно подслушивающему разговор, вдруг вспомнился момент, когда Анжелика чуть было не отказалась от поездки, поддавшись «комплексу Золушки». Кровь бросилась в лицо мужчине – ведь если бы его девушка не совладала с проклятым чувством собственной ничтожности, не было бы ни крошечного колибри на Рождество, ни радостной встречи после тоскливого африканского плена, когда надежда на то, что Анжелика жива, ослабела настолько, что он был готов смириться с самой большой потерей в своей жизни. Его Лунная Радуга потускнела бы, не успев сверкнуть в призрачном небе существования Даниэля, такого комфортного, такого обыденного…
Даниэль встряхнул головой. Прав Виджай, говоря о том, что мужчина помогает расцвести своей возлюбленной. В его власти не просто сделать жизнь Анжелики обеспеченной, но и создать условия для её расцвета – как женщины, как личности, как человека.

Наталья Наталис (отрывок из романа "Великолепная Одиссея")

Использование материалов сайта в offline-изданиях без согласования с автором категорически запрещается.
В online-изданиях разрешается использовать материалы сайта при условии сохранения имени и фамилии автора и активной гиперссылки на сайт www.tais-club.ru

Оставить комментарий: comment@tais-club.ru

Задать вопрос: admin@tais-club.ru

   Tais Afinskaya Club © Все права защищены