Клуб авантюристок
перо чернильница и бумага

– Моя жизнь складывалась обычно, как у сотен тысяч других людей, – начала Полина. – Будучи послушным и воспитанным ребёнком, я впитала в своё сознание все известные стереотипы. С детства мне внушалось, что по достижении определённого возраста полагается выйти замуж, родить детей и устроиться на работу. Никто никогда не спрашивал – чего я хочу на самом деле. Но даже если бы нашёлся такой человек, я бы ответила ему, что хочу замуж и детей. Я не представляла себе других путей, и этот казался мне единственно правильным.

После школы я поступила в столичный университет на инженера, но по окончании ушла работать в совершенно другую сферу – в торговлю. На последнем курсе университета встретила мужчину, с которым стала жить практически сразу. Когда забеременела, мы поженились. В общем, всё, как у многих. Но мужчину я выбрала такого, который принёс много страданий. С самого начала он не хотел детей и заставлял меня предохраняться. Я тайком перестала принимать противозачаточные пилюли; он узнал об этом. Был скандал, но в результате мы помирились. Может, он по-своему любил меня и не хотел терять. Наш сын родился слабым ребёнком. Он много болел, мне приходилось постоянно лежать с ним в больницах. В перерывах я зарабатывала, а муж – жил в своё удовольствие. Он тратил деньги на себя. А однажды, когда вернулась домой раньше времени, застала классическую картину – другая женщина в моей постели. Любила я мужа безумно, прощала ему безденежье и инфантильность, лень и эгоизм. Но эта сцена стала последней каплей.

Положение моё виделось мне отчаянным и беспросветным. Мои чувства были обруганы и растоптаны. Разве я была плохой женой, хозяйкой, любовницей? Я из кожи вон лезла, чтобы моему любимому человеку жилось комфортно, а он поступил как предатель, – рассказывая о пережитом, Полина не поддавалась чувствам, голос её звучал ровно. Иванку тронула и восхитила её выдержка. – Отправив сына к бабушке, я наглоталась таблеток, чтобы уснуть навсегда. Потом мне рассказывали, что у сына в это время случилась истерика, невозможно было успокоить его и пришлось везти обратно домой, к маме. Найдя меня без чувств, тут же вызвали скорую, отвезли в больницу, откачали. Сын словно чувствовал моё состояние. В больнице я скучала по нему, но не могла представить, как вернусь в ту квартиру. Как жить дальше с тем, что случилось? Попытка суицида не удалась, зато появилось чувство вины и ненужности. Моё сознание находилось во власти эмоций, а в таком состоянии невозможно взглянуть на ситуацию со стороны и принять правильное решение. Одна из женщин в больничной палате, жалея, дала почитать книгу Луизы Хей; вот с неё-то всё и началось. Ты слышала имя Луизы Хей?

– Да, я читала несколько её книг, – ответила Иванка, – но в какой-то момент они перестали отвечать на мои вопросы. Мне хотелось понять больше.

– Верно, – согласилась Полина, – то же произошло и со мной. Но Луиза запустила мой поток сознания в другом направлении. Её книги словно щёлкнули неким переключателем в мозгу, заставили прислушиваться к себе – настоящей, подлинной Поле, с её личными желаниями и интересами. Я никогда прежде ими не жила. Я всегда делала то, что хотели от меня окружающие, стремилась всем понравиться и угодить. Мои родители сильно довлели надо мной, определяя, что мне надеть, с кем дружить и кем стать. Но мать была несчастлива в браке – мой отец пил и умер из-за алкогольного отравления. Проклятие рода весит над многими из нас. Проблемы алкогольной и наркотической зависимости, безденежье, плохое здоровье, квартирный вопрос, конфликты, раздирающие домочадцев – большинство детей, попадая в этот круг, никогда не вырываются из него, проигрывая сценарии своих матерей, бабушек, прабабушек снова и снова. Ценой огромной внутренней работы над собой мне удалось разорвать этот круг. Когда я познакомилась с Анной, стало ещё радостней – сила обретается в том числе и в союзе с единомышленниками.

– Вы разошлись с мужем? – осторожно спросила Иванка.

– Да. Развелась, вернулась в свой провинциальный городок, к оставшейся одной маме. Она жалела меня и перестала докучать своими ценностями, чувствуя, видимо, какую-то долю вины. Сын пошёл здесь в школу, сейчас ему четырнадцать и он абсолютно здоров. У нас прекрасные отношения. Я какое-то время поработала в торговле, чтобы оплатить учёбу на различных курсах. Параллельно самостоятельно изучала медицину. Теперь я врач-натуропат, у меня своя клиника. Анна помогла открыть мне её.

– Чем отличается натуропат от обычного врача? – поинтересовалась Иванка, памятуя о том, как два года назад местные врачи собрали целый консилиум по её плечелопаточному артриту, а помочь так и не смогли. Боль не ушла, но девушка привыкла с ней жить, всякий раз при обострениях стараясь интуитивно облегчить своё состояние разными противовоспалительными мазями и таблетками.

– Можно сказать, что натуропатия — это в корне иной способ медицинского мышления, – ответила Полина. – Принято считать, что человек — это набор отдельных органов, связанных между собой наподобие деталей в механизме. Если испортилась одна деталь, нужно исправить её или заменить. В этом заключается подход современной медицины. Натуропатия же рассматривает человека как систему, в которой все детали и процессы неразрывно связаны друг с другом. Конечно же, я не отрицаю достижений современной медицины, но в 99 случаях из 100 использую исключительно природные средства. В моём арсенале более двухсот методов немедикаментозного воздействия на организм. Фитотерапия, ароматерапия, мануальная терапия – лишь одни из немногих. Моя профессия безумно интересна и увлекательна, в ней я нашла своё предназначение.

– Да, такие, как Вы, не дадут зарабатывать крупным фармацевтическим корпорациям, – улыбнулась Иванка, – ведь им невыгодно, чтобы люди были здоровыми.

– Хорошо, что ты понимаешь, – сказала Анна, – а многие так и не доросли до этого понимания. Сидят на таблетках и уколах, всё больше и больше увязая в болезни. У нас ещё будет возможность поговорить об этом. Но я хотела бы воспользоваться моментом и спросить тебя, Иванка, о твоём здоровье. Прости мою бестактность, но мне показалось, что когда ты пыталась сыграть на рояле, твои плечи были приподняты из-за напряжения. Ты не можешь их расслабить.

– Неужели это так заметно? – покраснела деушка.

– Человек, привыкший жить с недугом, срастается с тем образом жизни, который диктует болезнь. Это отражается на всём, и в первую очередь – на осанке.

Иванке пришлось вкратце рассказать о своей проблеме. Делала она это неохотно – не любила все эти разговоры о болезнях, от них становилось хуже, только уже на душе.

Полина внимательно выслушала её, а после предложила прервать беседу для того, чтобы Иванка могла пройти несколько процедур прямо сейчас.

две девушки на берегу на пикнике

Они оказались приятными – час различных манипуляций в уютной комнате со свечами и обалденно приятными запахами. Полина сделала гостье массаж, втирая терпкую душистую мазь, и рассказывая тихим, гипнотизирующим голосом о причинах её заболевания. Потом Иванка выпила бодрящую травяную смесь, полежала в тишине, а после они вернулись в гостиную, где продолжили разговор. Нельзя сказать, что напряжение в плечах тут же ушло, но боль как-то притупилась, а сознание, наоборот, прояснилось. Она приготовилась слушать историю Инжу, пышнотелой красавицы.

– Меня, в отличие от Полины, стереотипами не вскармливали, – улыбнулась девушка, – просто потому, что на моё воспитание родители не находили времени. Они оба работали в театре и после спектаклей очень уставали. Я могла бы расти за кулисами, как это часто происходит с детьми актёров, но библиотека в нашем доме мне нравилась больше – там я и проводила своё свободное время. Перечитав почти всю классику до 17 лет, я рано повзрослела и обрела самостоятельность. Но в душе осталась ребёнком, потому что жизненного опыта ещё не набралась. Книги помогли сохранить любознательность, которой большинство моих ровесников были лишены. Желание неизведанного, стремление понять этот мир лучше, получить опыт реальный, а не книжный, толкало меня на всякие рискованные авантюры. Я знакомилась с подозрительными людьми, посещала сомнительные мероприятия, увлекалась разными новомодными течениями в эзотерике, политике, религии. Я жила иллюзиями и выдумками. Из-за этого безгранично доверяла людям, не умела распознать зло и вовремя избежать опасности. Со временем стала глубоко интересоваться психологией – хотелось понять, чем я привлекала в свою жизнь это самое зло.

Ответ оказался прост – я не любила себя, презирала своё нестандартное тело, не заботилась о нём и старалась просто не думать о том, какая я. Родственники и окружающие постоянно напоминали мне о моём весе и печальных перспективах остаться одной. Интересно, что даже мои подруги были полными девушками. Но вместо того, чтобы помочь друг другу избавиться от комплекса, мы обсуждали этот несправедливый мир и наши размеры. Была среди нас та, которая задавала подобный тон, а мы не находили сил ей сопротивляться. Но после того, что случилось со мной на протяжении десяти лет, я поняла, что надо что-то менять. Я не хотела прожить оставшуюся жизнь в печали и унынии. Благодаря распространению интернета, я узнала о том, что существует мода для полных, заинтересовалась этим направлением и в один день решила попробовать. Записалась на курсы для моделей, продолжала штудировать книги по позитивному мышлению и поднятию самооценки, посетила несколько тренингов и семинаров онлайн, а потом – встретила мужчину, который влюбился в меня, потому что я попала в его вкусовой диапазон. Мы стали вместе путешествовать, и везде, где можно, я проходила кастинги и оставляла портфолио. Меня стали приглашать престижные агентства ещё до того, как в мире наметилась тенденция на спрос «больших леди». Конечно, пришлось пересмотреть отношение к спорту – в первую очередь, я стала регулярно посещать бассейн. Ведь согласись, пышное тело и дряблое тело – это две большие разницы! Кроме того, чтобы ходить на высоких каблуках, нужна соответствующая физическая подготовка. Я обожаю быть активной, но мои объёмы останутся со мной, такова моя генетика. Сейчас у меня контракты с модельными агентствами и журналами из разных стран, я по-прежнему с любимым мужчиной и абсолютно удовлетворена своей жизнью. Хотя нет, здесь я немного лукавлю – на самом деле мне хочется попробовать ещё чего-нибудь: стать певицей, например.

– Инжу прекрасно поёт, – подтвердила Анна и тут же предложила ей, – а почему бы тебе не сыграть для нас твою любимую мелодию? Иванка тоже любит пианино, но пока не умеет извлекать из него нужные ноты, – она подмигнула девушке и сделала широкий приглашающий жест.

Они окружили рояль; Инжу сидела перед ним, лёгкая и грациозная. Потом она подняла руки и плавно опустила их, забегав пальцами по клавишам с холодным изяществом. Полился её голос, сильный, уверенный, завораживающий. Как и голос Полины, он гипнотизировал, хотя звучал в разы громче. Тут Иванка поняла, насколько мастерски эти женщины владеют свои голосом – вспомнился и разговор с Анной в ресторане, и Полинин массаж. Как преподаватель, Иванка тоже могла бы управлять своими учениками с помощью голоса, но этому в университетах не учат. Мало кому известно, что хронические заболевания горла и голосовых связок – обычное явление среди учителей. Большинство педагогов выходили на больничный несколько раз за год. А сколько переносилось на ногах!

Инжу закончила песню и с благодарной улыбкой приняла аплодисменты. Анна с гордостью взглянула на гостью – смотри, какие подруги есть в моей жизни!

Оставалось выслушать Жанну. То, что у Анны тоже могла быть своя история, Иванка как-то не подумала. Было очевидно, что Анна играет главенствующую роль, но казалось, будто она создала этих женщин, а сама возникла из ниоткуда, словно богиня из Поднебесья.

– Я когда-то работала в школе, как и ты, – начала белокурая Жанна, как только все вернулись на свои места, – преподавала историю. Помнишь, наверное, эти бесконечные вереницы дат и нагромождение фактов? За ними невозможно было разглядеть человека. Разве не для того изучается история, чтобы извлечь уроки из прошлого и научиться избегать ошибок в будущем? Какой смысл знать сухие цифры и последовательность событий, имена царей и прохиндеев? Я считала нужным обратить внимание своих учеников на нравственную историю человечества, на развитие научно-технической мысли, на героев разных эпох – деятелей искусства, духовных учителей, революционеров. Мне важно было, чтобы мои дети зажигались положительными примерами и отторгали отрицательные, воспитывая себя и создавая новую историю человечества – более светлую, более мирную.

Школьной администрации такой подход не пришёлся по душе. Меня вынудили оставить школу. Я устроилась в другую, из которой тоже пришлось уйти. В общей сложности поменяла шесть школ. И везде причиной ухода было расхождение взглядов с завучами и директором на историю и метод её преподавания. Их не интересовала духовная эволюция человечества, в то время как я ставила её во главу угла. Интерес в этой области привёл меня к изучению теологии, я увлеклась поисками ответов на вопросы «кто мы?», «для чего мы пришли на эту землю?» и эти поиски привели меня в секту.

В ней я познакомилась со своим будущим мужем и наши встречи ещё сильней привязали нас к новоприобретённому сообществу. Казалось, мы нашли все ответы. Глава секты благословил наши отношения, мы поженились и через год родили двух девочек-двойняшек. Жили у родителей мужа, недоедали, одевались плохо, а последние деньги относили в секту. Мне казалось тогда, что так и должно быть. Но, обладая критическим умом, я всё же смогла понять, что выбранный путь ведёт в никуда, он бесцелен и неэффективен. Постепенно наступало прозрение, а муж, к сожалению, наоборот, увязал всё глубже. Стал выносить из дома мебель, я зарабатывала одна на всю семью, но его родители были вечно мной недовольны, считая, что это из-за меня он так изменился. Воспитанием девочек занималась тоже только я. Муж тем временем поднимался по иерархической лестнице секты и однажды стал отвечать за её финансы. Увы, он не был готов к такой ответственности. Ничего никому не сказав, он исчез после одной конференции, вместе со всеми деньгами. С тех пор я о нём ничего не слышала. Переехала к матери и начала жизнь заново – с книг по психологии и самопознанию. Теперь я провожу тренинги для женщин – в разных концах света, на разные темы. Пишу книги, консультирую знаменитых людей по всему миру, разрабатываю собственные программы.

– Наверное, Вы могли бы создать свою секту, – не удержалась Иванка от иронии.

Жанна рассмеялась.

– Мне не раз об этом говорили, но я не хочу.

– Жанна, пожалуй, самая эрудированная и красноречивая из нас, – добавила Анна, – она прекрасный знаток человеческой души, великолепно владеет словом, чуткая и великодушная. Я рекомендую тебе, Иванка, пройти её тренинги – ты откроешь для себя много нового.

– Читала где-то, что тренинги – это разновидность секты, – решилась поделиться девушка своими страхами, – та же зависимость, от коуча или группы. Эйфория двух-трёх дней тренинговой работы проходит и человеку снова надо куда-то примкнуть, во что-то ввязаться. Ну не желают люди заниматься самопознанием и самосовершенствованием в одиночку!

– Да, есть многоуровневые программы, которые подсаживают участников на «тренинговую иглу», – согласилась Жанна, – им внушается, что только следующий уровень приблизит их к заветной мечте. Я не обольщаю будущих участников: самый тяжёлый труд – это труд в одиночестве. Мои тренинги дают импульс, толчок, а дальше нужно найти в себе мужество двигаться самостоятельно. Нельзя всё время оглядываться на мнения даже самых авторитетных людей. У меня есть знакомая, которая не принимает ни одного решения без консультации своего коуча. Свободная ли она личность?

Иванке нравилось слушать Жанну. Она излучала лёгкость и уверенность, которые, конечно же, были присущи и Полине, и Инжу, но голос Жанны звучал воздушнее и проникновеннее, с особой силой приобретённого в мучительных поисках знания.

– Как же вы все познакомились? – любопытство девушки достигло апогея. – И, самое главное, объединились?

– Каждая из нас мечтала путешествовать, – ответила Анна, – и однажды мы встретились в часовне Девы Марии – одном из самых удивительных мест, которое необходимо посетить женщине. Эта часовня находится в Турции, но мало кто из наших соотечественников знает о том, что место это – святое и волшебное. Даже мужчины-атеисты, попадая туда, чувствуют себя странно. На глазах выступают слёзы, сердце рвётся из груди – такая там благостная и торжественно-величественная атмосфера. Экскурсия на гору, где находится часовня Девы Марии, не очень раскручена турками – оно и понятно: праздным туристам не нужно осквернять святыню своим невежеством. Но людям посвящённым открываются такие таинства, что не снились рядовому человеку.

С этими словами Анна встала и протянула руку над столом. Один из бокалов с ароматным напитком вдруг взмыл на уровень её пальцев и повис в воздухе, чуть покачиваясь. Зрелище было настолько невероятным, что Иванка подумала, будто всё происходит во сне. Беспомощно озираясь на других женщин, она видела, что они не впечатлены, а, скорее, восхищены увиденным.

– Вы все так можете? – вырвался у неё возглас удивления.

Анна так же взглядом поставила бокал на стол и улыбнулась:

– Пока ещё нет, только я. Но мои подруги близки к этому. У Жанны один раз получилось.

– Правда, я была неловка и разбила стакан, – со смехом ответила Жанна, – с тех пор страх ещё не прошёл.

– Страх?! – Иванка во все глаза смотрела на неё. – Разве это может напугать?!

– Ещё как! – ответила вместо неё Полина. – В обладании такими способностями кроется не только восторг, но и сильнейший ужас – осознание своего могущества и растерянность от этого.

– Именно за этим занятием и застали меня три женщины, приехавшие на гору с экскурсией, каждая со своей. Часовню окружает красивый ухоженный парк, в котором я проводила долгие часы, медитируя и упражняясь в развитии сверхспособностей, – Анна заняла место рядом с Иванкой, – обычно у туристов есть время только на то, чтобы посетить часовню, стену желаний и святой источник – экскурсия очень ограничена по времени. Я же имела возможность проводить на вершине горы целые дни. Именно там эти способности раскрылись неожиданно для меня самой. Но знаешь, Иванка, на самом деле даже эти способности – ничто по сравнению с тем, что может сделать человек.

– Преодолеть гравитацию? – девушка приготовилась услышать самое невероятное.

– И это мелочь. Подлинное могущество заключается в том, чтобы управлять. Сейчас тебе понадобится всё твоё внимание. Слушай.

Существуют три уровня управления. Первый – управление своими эмоциями и чувствами. Второй – управление своим телом. Третий – управление своей судьбой. Управление судьбой означает управление обстоятельствами, событиями, окружающими тебя людьми.

– Почему судьбой, а не жизнью?

– Потому что жизнь – это матрица, а судьба – процесс. Пока мы не в состоянии постигнуть замысел Творящей Силы, своеобразного топ-менеджера всего существующего, нам приходится действовать в рамках, отведённых под те условия, в которых мы появились и сформировались – и как физические тела, и как личности.

три девушки гуляют по берегу моря

– Это значит, что я не могу действовать так, как если бы родилась в семье нефтяного магната, единственным ребёнком, – причём мальчиком, – и получила образование в лучшем учебном заведении. Я правильно понимаю?

– Да, примерно так. Ты можешь перебрать кучу вариантов, но вынуждена в качестве отправной точки взять тот путь, который уже прошла – в своей семье, и при всех своих жизненных обстоятельствах. Его ты изменить не в силах. Но прямо сейчас ты можешь начать влиять на события, которые ещё только произойдут с тобой. И в этом плане твои шансы абсолютно равны шансам сына нефтяного магната. Мы создаём будущее из сегодняшнего дня, так же, как наш сегодняшний день был создан когда-то в прошлом.

– Что-то мне это напоминает закон кармы. Вы говорите о причинно-следственной связи?

– Да.

– Я читала, что люди, достигшие высшего духовного развития, разрывают этот кармический круг и выходят из череды множества перевоплощений. Вы не стремитесь к этому?

– Ничуть. Во-первых, закон кармы – это лишь теория, пусть красивая и стройная. Мы можем видеть, как этот закон работает, в этой жизни, но дойти до пределов всеобщего понимания кармы мы не в состоянии в силу ограниченности человеческих возможностей в материальном теле. Зачем тратить свою жизнь на то, что в принципе не подвластно человеческому существу? Сначала мы должны познать себя и научиться жить в ладу со всем тем, из чего состоит наше Я. Только после этого имеет смысл бороздить просторы вселенского сознания дальше. Во-вторых, в новом рождении есть своя прелесть. Ведь мы не рождаемся абсолютно без ничего. С нами остаются наши навыки, наш опыт, пусть даже неосознаваемый. Подумай, откуда у тебя такое стремление научиться игре на фортепьяно? Почему тебе легко даются языки? Отчего твоя рука так мастерски владеет карандашом?

– Но я не помню своих прошлых воплощений!

– И это тоже хорошо. Ведь в них не только радостные моменты, но и много горя. Чтобы защитить психику, мы вынуждены забывать и плохое, и хорошее наших прошлых жизней. Подумай, было бы тебе легко и уютно жить с воспоминаниями о тех мгновениях, когда ты проходила через смерть? Когда тебя казнили – отрубали голову, четвертовали? Или когда тебя насиловали захватчики, ведь вся история человечества – это войны и насилие над пленными женщинами? Или когда ты умирала от чумы или погибала в огне извержения вулкана? Зачем помнить всё это, засорять память травмирующими воспоминаниями? Но с нами остаётся чувство прекрасного – оно руководит нами, движет в наших стремлениях. Подумай, отчего одни люди воспринимают окружающий мир ярче, отчего умеют сопереживать другим?

– Воспитание, гены...

– Воспитание, гены! Японских детей учат распознавать тысячи цветовых оттенков – а нация почему-то сильна техническим прогрессом. Где японские произведения культуры – статуи, музыка, литература? Само по себе умение различать множество цветовых оттенков не рождает художника. Виртуозность не может подменить талант.

– Голова кругом идёт! – призналась Иванка и схватила бокал, чтобы выпить освежающего напитка.

– Не принимай мои слова за истину в последней инстанции, – улыбнулась Анна, – в конце концов, я всего лишь излагаю теории, которые близки мне и которые принимает моё нутро. Твоё Я имеет полное право не соглашаться и искать собственных решений. Здесь будет уместно вспомнить слова, которые приписывают Папе Урбану VIII, произнесённые им после смерти кардинала Ришелье: «Если Бог есть, то Ришелье заплатит за всё. Но если Бога нет, что это был за человек!»

Иванке потребовалось некоторое время, чтобы обдумать эту цитату.

– То есть, мировоззрение и атеиста, и верующего может быть истинным?

– Да, если они живут в соответствии с ним. Каждое действие, которое человек совершает ежедневно, должно иметь в себе либо цель, либо наслаждение – тогда жизнь будет прожита с максимальной пользой, независимо от того, что произойдёт дальше – прекратит ли сознание существовать вместе со смертью тела, растворится ли во Вселенском Разуме, перейдёт ли на новый уровень развития или выберет ещё одно воплощение на Земле.

На сегодня, думаю, тебе достаточно информации. Ты утомилась и полагаешь, что видишь чудесный сон. Однако это не так. Сном была вся твоя жизнь. С этого момента ты решаешь, пробуждаться тебе или спать дальше.

Иванка в растерянности смотрела на неё. Потом перевела взгляд на Полину, Инжу и Жанну. Их глаза подбадривали, но девушка не совсем понимала, что от неё требуется.

– Что будет, если я проснусь? Если я решу изменить свою жизнь и направить её в то русло, в которое нужно мне, а не окружающим?

– Хороший вопрос, – с позволения Анны ответила Инжу, – я тоже задавала его себе в своё время. И не ожидала, что будет так трудно. Будет трудно, Иванка. Очень. Твоё окружение поменяется, потому что старое не захочет, чтобы ты менялась. Им по душе прежняя Иванка – неуверенная в себе, безотказная, со всеми соглашающаяся и всех выслушивающая, бесконфликтная и сговорчивая. Люди пропагандируют перемены только на словах, на самом деле мечтая о стабильности. Но в природе не существует такого явления, как стабильность. Его придумал человек. Рано или поздно приходится расставаться с этой убаюкивающей иллюзией, но лучше делать это добровольно. Тогда любые перемены проходят менее болезненно.

– Значит, всё-таки болезненно? – эта мысль удручала.

– Таков закон. Чтобы получить что-то, мы должны отдать взамен другое. Как правило, к этому другому уже настолько привязан, что начинаешь сомневаться в равнозначности обмена. Но жизнь всегда предлагает лучшие варианты, когда ты прислушиваешься к своему внутреннему голосу. Этот камертон внутри не любит стабильности. Следуй ему и тогда болезненные переживания сменятся радостными.

– Я отвезу тебя, – с готовностью поднялась Анна.

Иванка нехотя поднялась вслед. Все эти туманные фразы будоражили её сознание, но она понимала, что требовать ясности сейчас не имеет смысла. Речь шла о вещах глобальных, поэтому отвечать приходилось в общем, что и нагоняло туману. Иванка мечтала поскорее добраться до постели и уснуть, точнее, провалиться в сон без сновидений, чтобы всё, что с ней случилось в течение этого дня, осело в глубинах сознания и перестало бередить душу. В то время девушка жаждала перемен, но когда они постучались в её дверь – дерзко и решительно – она оказалась не совсем готова к этой встрече: пресловутая стабильность напомнила о себе, призывая в компаньоны страх, самое сильное и коварное чувство в жизни, пожалуй, каждого человека.


Глава 6. "Суровый моряк"


Таша Аненкова

Использование материалов сайта в offline и online изданиях без согласования с автором категорически запрещается.

   Таша Аненкова 2020 © Все права защищены Рейтинг@Mail.ru